Хочешь прогуляться по этому району Крыма. Узнай, что  "45-ая Параллель"  может тебе предложить!
Задать вопрос

На черноморском побережье,

Где ароматов полон зной,

 Где моря синего безбрежье,

Дни проводил рыбак с женой.

 

 За благородство уважали

 Их земляки, за честный труд,

Что добродетельно давали

 Любому путнику приют.

 

 Всегда готовы разделить

 Кусок последний хлеба с бедным,

 Добром и лаской наградить

 Душою преданной и щедрой.

 

Но как бывало бездну раз,

 Природа отдыхает в детях,

 Три юных девы, без прикрас,

 Сейчас предстанут в сказах этих,

 

 Старшую звали Тополиной,

 На вид невзрачною была,

 Душа полна болотной тиной,

Большою сплетницей слыла,

 

 И день, и ночь проклятья слала

 Своим родным, их обижая,

Всё их уродством попрекала,

В бессильной злобе унижая.

 

 Гордиться ростом не могла,

 Как карлица, низка была,

Зловредность близким берегла,

 Нарывом гнилостным жила.

 

 Вторая дочь звалась Граната.

 Горючих слёз несла не счесть,

 Свела родных к воротам ада

 Её язвительная речь.

 

Что щёчки розы не имели,

 Кляла родителей за то,

 Глаза лукаво не блестели,

 Зубов дыряво решето.

 

Красе завидуя цветка,

Упрёки злобно рассыпала,

И восхищения глотка

 Из уст чужих ей не хватало.

 

 Меньшую звали Кипариса.

 Лицом прекрасна, как луна.

 И строй зубов белее риса,

 И дивным станом так стройна.

 

 Характер ветреный имела,

 И резвою была такой,

 Лишь только в зеркало глядела,

 Дразня родительский покой.

 

Обид язвительным стараньем

Вливая в души злобный яд,

Своим насмешливым вниманьем

Душевных ран копила ряд.

 

Отца корила, что смешлива,

 Непостоянна его дочь,

 Как горный ветер, говорлива,

 А не тиха, как лунна ночь.

 

Ей не по нраву час рожденья,

Все беды видно оттого,

Что не совпало появленье

Её и солнца самого.

 

Как тяжки детские упрёки,

 Слепа родителей любовь

Страданий мутные потоки

 Безумьем отравляют кровь.

 

Несчастные сносили молча

Попрёки гордых дочерей,

Блуждали вкруг по тропам волчьим,

Тоску топили в плёс морей.

 

И вот однажды, в день печальный,

 Беда вулканом прорвалась,

 И в сердце звоном погребальным

 Она тотчас отозвалась.

 

В душе умножив злобу зверя,

Три ворвалися в их покой,

И всё лишь ненавистью меря,

Избили их дневной порой.

 

За все разбитые надежды,

 За утоление гордыни,

 В прах изорвав на них одежды,

 Поправ родительства святыни,

 

В изнеможеньи клича небо,

В несчастье двое стариков

Пропасть туда хотели, где бы

Нашли бы добрых сил покров.

 

И в грустном замерев молчанье,

 Застыло третье, словно боль,

 Как будто к смерти на свиданье

 Оно пришло, в свою юдоль.

 

И именами дев спесивых,

Узревших душами сей ад,

Они назвали молчаливых,

Как тополь, кипарис, гранат!

 

Вернуться к списку