Хочешь прогуляться по этому району Крыма. Узнай, что  "45-ая Параллель"  может тебе предложить!
Задать вопрос

Адалары 

Глубокой древности следы

Едва сегодня различимы,

Прошедшей жизни той плоды

Людьми в преданиях хранимы

 

Какие бури пронеслись

Героев средь, таких далёких?

Каким соблазнам предались

Страстей, безумных и жестоких?

 

Любовь меж ними охладела?

Иль ослепленье снизошло?

Был предан дух ли ради тела?

Высокомерье ль проросло?

 

В угоду низменных желаний

Была ль растоптана душа?

Не покаянных ли посланий

На землю тень грехов сошла?

 

Молву о живших ветр поёт,

Дожди по ним справляют тризны,

Об устремившихся в полёт,

Но не постигших тайну жизни.

* * *

В местах, где ныне лёг Гурзуф,

Леса дремучие стелились,

Где горы, будто старый зуб,

Веков резцами искрошились

 

Невинность девственной природы

Когда — то там благоухала,

Плодились древние народы

Под неба звёздным покрывалом.

 

Селились люди на вершине

Изогнутой Медведь - горы,

Чей гребень высится и ныне

Неизменённо с той поры.

 

Там замок гордый и прекрасный

Блистал когда - то в вышине,

Обильем башенок зубастый,

Огромных по величине.

 

Молва о нём летела птицей,

Что покоряет поднебесье,

Крылатой славы колесницей

Гремело средь людей, как песня.

 

Два брата — близнеца владели

Тем замком на Медведь - горе,

На мир не так давно глядели.

Князья в младой цвели поре.

 

Их одарили небеса

Чудесной силою сполна,

Роскошна юношей краса,

Как будто буйная весна.

 

Очей прекрасных взгляд орлиный

В глубины сердца проникал,

То нежный жар, то хлад пучинный

В душе невольно порождал.

 

Знать, осчастливят тем навек,

Уж коли с лаской поглядят —

Грозой гневливой осенят –

Дрожит в смятенье человек.

 

Князей младых необычайность

В народе чуяли нутром,

Та слава - вовсе не случайность,

Что о Георгии с Петром.

 

Верней был прочих верных слуг

Их воспитатель и учитель,

Седой Нимфолис, старый друг,

Философ мудрый и мыслитель.

 

Их в тайны мира посвящал,

Заботами любимцев жил,

Отца и мать им заменял,

Наставником незрелых был.

 

Но неожиданно разлука

Прервала это единенье,

Незнамая доселе мука

Внесла тревожное волненье.

 

Нимфолис к братьям ночью звёздной

Однажды в двери постучал,

На удивленье их, серьёзно,

С печалью в голосе сказал:

 

« - Пришёл я, милые, проститься,

Настал черёд уйти навек,

Пред высшей волею склониться

Обязан грешный человек.

 

О тайне этой не пытайте,

Её не властен вам открыть,

Себя ж тоскою не терзайте,

Светло на свете надо жить.

 

Подарок, дети, на прощанье

Желал бы каждому отдать,

Но клятвы верной обещанье

Мне каждый должен тоже дать.

 

Узнать законы мирозданья

Возможно с ними вам самим,

Однако тайные познанья

Должны служить делам благим.

 

Но ради подлых устремлений

Даров не должно применять,

Но ради низких побуждений

И клятве сей не изменять.

 

Познав величие вселенной,

Увидеть, как устроен мир,

И ради жизни драгоценной

Не разжигать насилья пир.”

 

Нимфолис взглядом их окинул,

Ответ ища в глазах у них,

Два ларца из котомки вынул,

Пред братьями поставил их.

 

Князья охотно клятву дали

Подаркам сим в противовес,

Ларцы таинственные взяли,

А старец чудный вмиг исчез.

 

В себя прийти от изумленья

Младые долго не могли,

Но всё ж, стряхнув оцепененье,

К дарам волшебным подошли.

 

Блистали радуги цветами

Необычайные лари,

Запечатлёнными следами

В них перламутровой зари.

 

Князья смятенно приоткрыли

Ларцов мерцающую суть,

И в тайны оных поспешили

Они в волненьи заглянуть.

 

В одном, изрезанный узором,

Из кости белой жезл лежал,

Смотря на них алмазным взором,

Он любопытство возбуждал.

 

Князья узрели начертанье,

Там нанесённое рукой.

Прочтя створённое посланье,

Они утратили покой.

 

«Коль к небу ты его поднимешь -то толща моря расступится,

Коли к земле его отринешь -то жизнь пучины проявится.

Все тайны царства под водой

Предстанут вмиг перед тобой».

 

Другой ларец они открыли

Нетерпеливыми руками.

Нашли серебряные крылья,

Что так нужны под облаками.

 

« Привяжешь - крылья понесут

Тебя туда, куда желаешь,

К высотам дальним вознесут,

Увидишь всё и всё познаешь».

 

Об этом надпись там гласила.

Что за неведомая сила.

Могла вот так на мир взглянуть

И показать явлений суть?

 

Глядя на дивные творенья,

Что к тайне той даны ключами,

Восторга трепет, изумленье

Они постигли не случайно.

 

С тех пор их жизнь переменилась,

Полёты стали наяву,

Их колесница проносилась

По небу и морскому дну.

 

Каких немыслимых чудовищ

В глубинах моря повстречали,

Какие россыпи сокровищ

Они в пучине увидали.

 

Кораллы дивные на глыбах,

Плетенья трав, пластичность звёзд,

Узоры чудные на рыбах,

Виденья снов и сладких грёз.

 

Небес бездонное величье,

Стада пугливых облаков,

Луны печальное обличье

В объятиях земных оков.

 

Зари прекрасной появленье,

Рожденья и закаты дней,

Во тьме небесных тел движенье

И блеск таинственных огней.

 

Единство мира осознали

И вечной жизни зарожденье,

Порядок хаоса узнали,

Гармоний ветреных смятенье.

 

Почуяли душой блаженно,

Не прибегая к славословью,

Что в бесконечности Вселенной

Всё управляется Любовью.

 

Приподнялось для молодых

Великой тайны покрывало,

Восторг познания для них.

Но всё ж чего-то не хватало.

 

Однажды к ним добрался слух

О сестрах - близнецах,

Томлением занялся дух

Любовный в молодцах.

 

О дивной красоте девиц

Молва слагала песни,

О белизне точёных лиц,

Об их очах прелестных.

 

О станах гибких, о власах,

Шелковых, золотых,

Как бархат, нежных голосах

Красавиц молодых.

 

Девицы были же под стать

Двум братьям - близнецам,

Мужьями те решили стать,

Отдавши дань венцам.

 

Змеёй коварной завилась

У юношей гордыня,

Огнём безумья занялась,

Сжигая их отныне.

 

С страстями справившись едва ли,

Мечтая выход оным дать,

И чтоб там ни было,

желали Красою дивной обладать.

 

Они, приняв тоску желаний,

Кипенье страстности в крови,

Позывы чувственных посланий

За проявления любви.

 

Решили силою добыть

Красавиц сих расположенье,

Насильем волю их сломить,

Снискать, надеясь, уваженье.

 

Страстей бесчестные порывы

Безумьем душу ослепили,

Гордыни гнойные нарывы

Несчастным разум отравили.

 

На город, где девицы жили,

Они бедою налетели,

Его защитников сломили,

Добравшись до заветной цели.

 

Красавиц гордых захватили,

Отчаяние их презрев,

В высоком замке заточили

Насильно сих несчастных дев.

 

Желая сестрам принести

Любовных бездну наслаждений,

К высотам счастья возвести,

Младых склонили на колени.

 

Но омертвели души тех,

Кого так юноши любили,

За совершённый тяжкий грех

Они влюблённых не простили.

 

Презренье с ненавистью, яро,

На братьев бедных пролились,

Сжигали души их пожаром,

За зло расплаты дождались.

 

От боли дрогнули сердца

Князей, плутающих во тьме,

Но быть желая до конца

В поступках верными себе,

 

Они любой ценой добиться

Хотели милости сестёр,

Стремясь любовью насладиться,

В безумья кинулись костёр.

 

С надеждой дев они спросили:

«Чем вашу заслужить любовь?

Как хладность эту нам осилить?

И как разжечь остылу кровь?»

 

На что им пленницы сказали:

«Свободу дайте раньше нам.

Неволи путами связали,

Нет благодарности к врагам».

 

Главами братья покачали

На речь расстроено в ответ

Упрямство духа показали,

Нахмурившись, сказали: «Нет...»

 

Так говорил Георгий брату,

Когда остались вновь одни:

«Давай повысим девам плату,

Не устоят пред ней они.

 

Продемонстрируем всесилъе

На дно морское опустившись,

 Преодолеем и бессилье,

 На крылиях к светилу взвившись». 

 

«Но мы нарушим клятву нашу, -

В ответ промолвил Пётр ему, -

«Не расплескать познаний чашу

В угоду Эго своему».

 

«Нимфолис мудрый не осудит

 Своих страдающих детей.

 Свершим во благо ж наших Судеб .

Поступок дерзкий поскорей.» -

 

Георгий брату так ответил,

Презрев вручённый им завет,

Безумец гордый не заметил

Предвестие грядущих бед.

 

И Пётр с братом согласился,

 Сомненья духа подавив,

 Корыстной цели поклонился,

Тем покорить желая див.

 

Назавтра взвилась колесница,

Пронзая сонмы облаков,

Всё выше мчал их Пётр - возница,

Своих прекрасных седоков.

 

 Как кара, молнии носились,

 И гром гремел, как камнепад,

 С князьями сестры возносились

 Туда, где зарождался град.

 

Но вот глаза им ослепило

Горящим светом золотым,

То в небесах цвело светило

Величьем вечно молодым.

 

 Явились, жаром обжигая,

 Им солнца пылкие чертоги,

 Вселенной темень освещая,

 От них лучей легли дороги.

 

Тут голос грозный прозвучал:

«Опомнитесь, назад!»

Им лик Нимфолиса предстал,

Он страшен был, как ад.

 

От страха Пётр задрожал

И повернул коня,

На землю в ужасе бежал

Он голову сломя.

 

 Как вихорь, мчались они вниз,

 Их дух оцепенел,

Немало стоил им каприз –

Пособник жалких дел.

 

Без чувств возница опустил

На землю бедных дев,

От них он вскоре заслужил

Уничиженья гнев.

 

 Насмешкой злою отомстили

 За пережитый ими страх,

Отказом гордым оскорбили,

 Не дав разнежиться в мечтах.

 

«Любви вы нашей не достойны, -

Красавицы сказали, -

Мужчинам трусость непристойна...»

Презреньем наказали.

 

 На день другой запряг коней

 Георгий в колесницу,

 И ветра буйного быстрей

Помчал младых возница.

 

Он брата с сестрами повёз

К кипящему прибою,

Как брызгами солёных слёз,

Обдало их водою.

 

Он жезл поднял и опустил,

Пучина расступилась,

 Легко стихию покорил,

 Жизнь бездны проявилась.

 

По дну морскому понеслась

Стрелою колесница,

Но над младыми поднялась

Всесильная десница,

 

Нимфолис юношам предстал,

Незримый для девиц,

 Вернуться властно приказал

 И увезти сестриц.

 

Грозил он гибелию страшной,

Опомниться просил,

 Георгий же хлестнул бесстрашно

 Коней, что было сил.

 

 Разбушевался царь пучины,

 Поднял трезубец грозно свой,

 Предстал дерзнувшим лик кончины...

 Они исчезли под водой.,.

 

Стихией страсти остудились,

 Гордыня гневом захлебнулась,

 Навек желанья утолились,

Волна петлёю затянулась.

 На скорбном месте появились,

 Как близнецы похожи, скалы,

 Всесильной воле покорились,

 Назвали гордых АДАЛАРЫ...

Вернуться к списку